-10 °С
$00,00 руб.
00,00 руб.

Короткой строкой

Культура

Жить дальше…

«РО Сегодня» июль 4, 2019, 10:35
Автор фото: «PO Сегодня»

Вчера многие СМИ, не особо дополняя друг друга, словно спеша донести до своих читателей главную новость месяца, опубликовали сенсацию: священник, устроивший пьяное ДТП, назначен настоятелем. Речь, конечно, шла о священнике из Ростова отце Димитрии Кивилиди, который аж два года тому назад попал в аварию, побил чужие машины, да еще оказался за рулем под мухой. Ничего радостного. Но вот по прошествии двух лет его назначают на настоятельство в деревенский храм. И понеслось…

Открою вам непостижимую тайну. Само по себе вождение в пьяном виде не является тяжким каноническим преступлением в том случае, если оно не имело своим следствием убийство человека. Подчеркиваю на всякий случай обе части этого тезиса! Это, безусловно, тяжелое преступление с точки зрения административного кодекса. Однако и там предусмотрены градации: повторное пьяное вождение, ДТП с жертвами и проч. Всегда обращают внимание на обстоятельства, на степень вины при общей строгости закона. Чуждое сантиментов государство не спешит казнить проштрафившихся водителей со всей суровостью. Так на каком основании Церковь должна казнить виновного человека с большей жестокостью, чем госорганы? Я не говорю о принятии этого поступка или о его покрывании. Такое недопустимо. Я говорю о степени адекватности тех, кто чуть ли ни жаждет человеческой крови в этой бескровной аварии. Как гражданин РФ Дмитрий Константинович Кивилиди подвергся всем санкциям и наказаниям. И как священник отец Димитрий получил меру наказания, которая также вполне адекватна его проступку – он был отправлен в запрет, т.е. ему было запрещено совершать все священные действия вплоть до окончания епитимьи, наложенной на него митрополитом.

Запрет в священнослужении – это предпоследняя по строгости каноническая мера наказания. Следующая за ней ступень – извержение из сана, считайте, что по-светски – смертная казнь. Я понимаю, некоторым доставило бы радость, если бы священника, совершившего проступок, отправили бы на дыбу и сломали ему жизнь. Подумаешь, судьба человека, такой пустяк. Заголовок в газетке, не более. Завтра никто даже не вспомнит, как его звали. Но Церковь, прежде всего, должна думать не о зрителях с попкорном, удобно разместившихся в этом амфитеатре, ждущем крови, а о человеческой душе, над которой вершится суд. Во всем должна быть мера и разумность, а не навязываемая нашему обществу жестокость толпы.

Два года прошло с той поры. Подчеркиваю, два года! Сами подумайте, можно за два года простить человека, который никогда ранее не был замечен в бытовом пьянстве, у которого были самые хорошие отзывы в приходе от людей? Кто-то скажет, что нет, нельзя. Мол, если я прихожу на исповедь, мне-то точно можно многое простить, вникнуть в обстоятельства положения, принять во внимание особенность жизненного пути, не забыть про сопутствующие факторы и смягчающие причины. Да и вообще, Церковь – это про прощение. А вот если священник, который принимает у меня исповедь, совершит хотя бы десятую часть того, в чем я каюсь, – вот его-то шельмовать надо пожизненно.

Это злая логика, она чужда и Христу, и Евангелию, и Церкви, хотя хорошо продается сегодня на рынке информационных услуг. Когда обществу прививают недоверие к слову «прощение», хочется вспомнить слова из фильма Джона Макдонаха «Голгофа», последний разговор отца Джеймса с дочерью. Слова, которые звучат словно диагноз тому легиону злопыхателей, что третий год не могут оставить отцу Димитрию его проступок. Отец Джеймс в том фильме сказал: «Мне кажется, что слишком часто говорят о грехах и недостаточно о добродетелях». Дочь уточняет: «Может, ты прав, папа… А какая для тебя главная?». И священник заключает: «Умение прощать серьезно недооценивают».

Главный вопрос, который муссируется в СМИ: почему ему доверили вновь быть настоятелем и насколько это справедливо? В вопросе уже есть часть ответа. Ключевое тут понятие – «муссируется в СМИ». Вся эта шумиха совершенно не про «преступление и наказание», это, скорее всего, про «журналистику, которую мы заслужили». Вот смотрите, во вторник в 11 часов дня на сайте епархии появляется указ о назначении отца Димитрия в приход в деревню. Уже через два часа наши коллеги выстреливают сенсацию: «Священника, устроившего «пьяное» ДТП в центре Ростова, назначили настоятелем храма».

Во-первых, расчет на то, что не все полезут внутрь новости, где узнают, что устроил он это ДТП уже два года назад, а не давеча третьего дня. А во-вторых, не просто сенсацию высосали из пальца, сам подход к данной теме, мне кажется, по-человечески подлым. Ну давайте подумаем, совершил человек проступок, был наказан, прошли годы. За это время он прошел период церковного наказания, закончился срок государственных санкций к нему, ему вернули права, он восстановился в служении, все осознал, сто раз раскаялся в содеянном, порядочно себя вел, примерно служил, жизнь продолжается. Но нет же. Наша журналистика ничего никому не прощает, и общество учит тому же. Увидели знакомую фамилию и давай по-новому прыгать двумя ногами на человеке. Он что такого пожизненно катастрофического совершил? Покусился на жизнь Президента, сожрал в ночи ребенка, разорвал собаку на глазах у старушки? Ему дышать-то вообще можно с нами одним воздухом? Думаю, что отечественная пресса в погоне за трафиком, рейтингом и рекламными деньгами уже окончательно теряет не только совесть, но и ум. Населению подают назначение священника настоятелем, как будто он получил от митрополита путевку в Таиланд с полным пенсионом.

Станица Мишкинская - это всего три тысячи человек жителей, не самая радужная инфраструктура, храма нет, службы совершаются в здании бывшего сельского магазина. Там пахать надо, как лошадь ломовая, строить нормальный храм, встречаться с людьми, вникать во все их трудности. Но населению об этом знать не надо. Это не продается. А продается история про пьяного попа, который получил повышение. В этом и свинство современной журналистики. Они людей за скот держат, в погоне за рейтингом. Это вообще не журналистика, стыдно даже такое слово применять.

Простите, я, может, отойду от принятых форм, но хочу пожелать отцу Димитрию успехов в предстоящем пастырском труде. Жизнь прожить - не поле перейти, всякое бывает, за все надо платить. Но оплатив, нужно жить дальше.

Автор статьи: RO Today

Комментарии

Написать комментарий






Самое читаемое